Артемов Семен Григорьевич - Село Богатое - Богатовский район - Самарская область
gototopgototop
Артемов Семен Григорьевич
Книга памяти
Понравилось:
1


Не понравилось: 0

Артемов Семен ГригорьевичВ июне 1980 года я переехал на новое место работы в Максимовку. По давно сложившейся традиции в местной школе на торжества приглашались учителя-пенсионеры. Эта связь поколений поддерживалась теми добрыми словами, которые всегда находили для молодых старшие наставники и тем, что мы видели в этом реальную поддержку в делах. На таких встречах я и познакомился в то время еще с здравствующими пенсионерами-учителями Маркеловым Андреем Даниловичем, Артемовым Семеном Григорьевичем и многими другими. В морозную зиму 1980 года, переселившись в новый двухквартирный дом на улице Самарской, я стал соседом Семена Григорьевича. Более близкое наше знакомство состоялось весной 1981 года, когда стало по-летнему тепло и, как говорил мой сосед, он занимал свое «законное место» на удобной скамейке под распустившимися деревьями с южной парадной стороны своего дома в ожидании собеседника. В разговорах как-то незаметно мы перешли к откровению и с тех пор вели доверительные беседы. Много лет спустя я понял, почему так произошло. Жизненный путь Семена Григорьевича Артемова и судьба моего отца Фрола Тихоновича полностью повторяли друг друга: год рождения - 1913, тяжкий труд с малых лет в крестьянской семье, учеба в школе, вузах, служба в армии в предвоенные годы. Участие в жестоких боях 1941-1943 годов и ужасы немецкого плена. Каждому досталось все, что может быть на войне. Ничего не пропущено.

Семен Григорьевич умел слушать собеседника, и сам говорил тихо, выражая мысли четко, чувствуя значимость каждого произнесенного слова, заставляя слушать себя. Но о войне Семен Григорьевич говорил мало и неохотно. Я знал о фронтовой судьбе солдата не больше, чем написано на страницах небольшой по объему самиздатовской Книги Памяти о ветеранах войны, созданной учениками Максимовской школы. Как-то, перебирая старые школьные книги приказов, я обнаружил документ, в котором Семену Григорьевичу вместе с небольшой группой молодых учителей объявлен выговор за участие в молодежной вечеринке у кого-то из коллег на квартире. Сегодня кому-то покажется странным, но учитель в те годы имел право участвовать только в официальных торжествах. Все остальное квалифицировалось, как нарушение трудовой дисциплины.

- Дело было молодое! А директор был строгий! - с улыбкой и коротко прокомментировал он, как бы подчеркивая, насколько малозначащим был этот эпизод жизни на фоне предстоящих испытаний. Но я знал и другое, в тех же приказах в течение многих лет отмечалась добросовестная и результативная работа Семена Григорьевича в школе. Доброе отношение к человеку сочеталось в нем с требовательностью и строгостью. Дети отвечали ему уважением и любовью.

Артемов Семен Григорьевич родился 14 сентября 1913 года в селе Тростянка. В крестьянской семье он был младшим из трех братьев. В 1917 году семья переехала в поселок Западный на правом берегу реки Самарка, где Семен Григорьевич окончил местную школу. Трудовую деятельность начал колхозником в колхозе «Красный Восток» в мае 1931 года. Через год поступил в Куйбышевский плановый институт и успешно закончил высшее учебное заведение в июле 1936 года. По всей вероятности, в первое время он обучался на «рабфаке», так как выбыл в Куйбышев в мае, а зачислен в институт в августе 1932 года. К сожалению, не удалось обнаружить фактов, подтверждающих его общественную деятельность во время учебы в плановом институте, но уверенно можно предположить, что именно в студенческом коллективе молодой Артемов воспитал в себе умение брать на себя ответственность и доводить начатое до конца. О приоритетах в познании можно судить по оценкам в дипломе. Хорошие и отличные оценки представлены по статистике, финансированию, сельхозучету и экономике сельского хозяйства, механизации и зоотехнии, промышленной переработке, планированию и истории экономических учений. Особое внимание студент уделял военному делу и немецкому языку.

Артемов Семен Григорьевич защитил в Государственной Квалификационной Комиссии дипломную работу на тему: «Баланс рабочей силы и методика его составления на примере Катайского района Челябинской области на 1936 год» и получил квалификацию плановика-экономиста. При выполнении дипломной работы Семен Григорьевич выезжал в Челябинскую область для изучения экономической ситуации и неудивительно, что при окончании института был направлен в село Чебаркуль Чебаркульского района Челябинской области на должность экономиста райплана. В трудовой книжке зафиксировано: июль 1936 –ноябрь 1936 год, экономист райплана.

В дивизии Рокоссовского

В ноябре 1936 года двадцатитрехлетний молодой специалист был призван военным ведомством в ряды РККА в 64-й кавалерийский полк 15-й кавалерийской дивизии курсантом полковой школы офицеров запаса. Дивизия входила в 1936 году в состав Забайкальского военного округа.

Обстановка в зоне ответственности Забайкальского военного округа была тревожной. Как известно, в Маньчжурии шла борьба между японскими и китайскими войсками. В интересах обороны страны необходимо было в кратчайшие сроки провести мероприятия по формированию и сколачиванию частей округа. Поэтому уже с марта 1932 года в Забайкальской группе войск числится 15-я кавалерийская дивизия в составе 64, 73, 74 и 75-го кавалерийских полков. 64-й кавалерийский полк был выведен из состава 2-й кавалерийской бригады и направлен в 15-ю кавалерийскую дивизию.

Штаб 15-й Кубанской кавалерийской дивизии под командованием К.К. Рокоссовского вместе с 73-м , 74-м кавалерийскими полками и 15-м механизированным полком располагался в поселке Даурия. 64-й Кавказский кавалерийский полк (командир полка И.К. Кузьмин), в котором служил Артемов, дислоцировался на разъезде №74.

Учитывая возможность военного столкновения, командир дивизии Рокоссовский приучал своих бойцов совершать напряженные и форсированные марши и марш-броски в любую погоду, днем и ночью, по дорогам и без дорог. Он требовал от командиров полков, чтобы они овладевали искусством с ходу развертываться в боевые порядки для стремительной атаки врага, для преследования его после боя до полного уничтожения.

Получив основательный опыт службы в кавалерии и воинское звание « младший лейтенант» Артемов Семен Григорьевич в декабре 1937 года вернулся на родину.

В это время происходит неожиданный поворот в судьбе Артемова С.Г. Не дав себе передышки на отдых, в декабре 1937 года он устраивается учителем истории и географии в Максимовскую неполную среднюю школу и остается верным своему выбору всю оставшуюся жизнь. Последующие три с половиной года, теперь уже учителя школы, проходят в активной работе в школе, сельском сообществе, в рядах комсомольской организации. Сельчане знали его как опытного агитатора и пропагандиста, участника и организатора коллективных дел. Родители и дети видели в нем внимательного, доброго и требовательного учителя.

Война

Для тех, кто служил в довоенное время в армии, было ясно - войны не миновать. Но все же она грянула внезапно, вломившись в мирную жизнь людей, поломав все надежды, подчинив своим суровым правилам все и вся.

Артемов Семен Григорьевич был мобилизован в ряды Красной Армии в первый месяц войны, 13 июля 1941 года и направлен в Тоцкие лагеря Чкаловской (Оренбургской) области. В июле-августе здесь формируется 46-я кавалерийская дивизия в составе:

57-й кавалерийский полк, 59-й кавалерийский полк, 61-й кавалерийский полк и 53-й конно-артиллерийский дивизион

Младший лейтенант Артемов назначается командиром взвода в 57-й кавалерийский полк. Дивизия находится в подчинении Приволжского военного округа до 1 октября 1941 года.

В состав действующей армии 57-й кавалерийский полк направляется 18 сентября 1941 года и принимает участие в обороне Москвы в составе северной группировки войск. В начале 1942 года полк вводится в прорыв и ведет боевые действия в тылу врага до июля 1942 года в составе 46-й кавалерийской дивизии. Позже дивизия, понесшая большие потери, расформировывается, и оставшиеся части передаются 24-й кавалерийской дивизии.

Военная судьба Артемова С.Г. складывается так, что младший лейтенант неделей раньше до отбытия 24-й кавалерийской дивизии на фронт выводится из состава 57 полка, а 10 сентября 1941 года прибывает в 8-й кавалерийский полк в составе Центрального фронта и назначается командиром взвода. Такие молниеносные перемещения кадров скорее всего объясняются большим дефицитом в тот период младших офицеров. В одном из источников упоминается потребность в командирах взводов в 3000 человек по состоянию на сентябрь месяц 1941 года.

В военном билете Артемова в соответствующей записи не указана дивизия, а это означает, что 8-й кавалерийский полк был особым, отдельным или входил в состав оперативных войск НКВД.

Скупая информация, которую удалось набрать с различных страничек в системе Интернет, позволяет проанализировать ситуацию и сделать выводы.

1 января 1924 года в городе Тбилиси на базе 55-го Грузинского дивизиона войск ОГПУ СССР был сформирован 8-й Закавказский кавалерийский полк войск ОГПУ СССР.

19 января 1933 года Постановлением Президиума ЦИК СССР 8-й кавалерийский полк награжден Почётным Красным Знаменем.

Приказ народного комиссара обороны СССР от 20 апреля 1943 года «Преобразование в гвардейские 8-го кавалерийского полка».

Формулировка приказа указывает, что преобразуется в гвардейский полк, не входящий в структуру дивизии.

«Особая Туркестанская кавалерийская дивизия (территориальная)
Управление дивизии - Семипалатинск
7-й кавалерийский полк - Семипалатинск
8-й кавалерийский полк – Акмолинск 1931 год». В составе этой дивизии в 1941 году уже не упоминается 8-й кавалерийский.

Еще один 8-й кавалерийский полк, но уже гвардейский, получивший новую нумерацию и звание «гвардейский» 8 февраля 1942 года, был преобразован из 136-го кавалерийского полка, входившего в состав 2-й гвардейской кавалерийской дивизии (бывшей 9-й кавалерийской дивизии, приказ НКО от 26 ноября 1941 года №342). В этом полку Артемов С.Г. оказался в июне 1942 года и воевал в его рядах до пленения 27 февраля 1943 года.

В ноябре 1941 г. в Адыгее из лиц непризывного возраста был сформирован еще один полк с тем же номером: 8-й кавалерийский полк, вошедший в состав 17-го Кубанского казачьего кавалерийского корпуса.

Приведенные факты позволяют предполагать, что 8-й кавалерийский полк, зафиксированный в военном билете, все-таки относился к оперативным войскам НКВД. В перечне оперативных войск указывается 8-й кавалерийский полк, это тот, который стал гвардейским 20 апреля 1943 года, причем с сохранением номера. Напомним, что 8-й гвардейский кавалерийский полк в составе 2-й гвардейской кавалерийской дивизии получил новое наименование ранее, 8 февраля 1942 года.

Оперативные войска НКВД вместе с частями РККА принимали активное участие в боевых действиях в самые критические моменты сражений. Кроме широко известных функций по охране важных объектов, защите тыла от диверсантов, дезертиров и прочих элементов, дивизии и отдельные полки оперативных войск героически сражались с врагом.

В группе Доватора

Сыновья Семена Григорьевича вспоминают, что отец неоднократно рассказывал о своем участии в Московской битве, в группе Доватора. Кстати, в материалах о боевых действиях этой группы упоминаются подразделения НКВД без указания номеров.

Приведу историческую справку о кавалерийской группе:

«В первые месяцы Великой Отечественной войны полковник Доватор Л.М. находился при штабе Западного фронта. В июле 1941 года за отличие в оборонительных боях на Соловьевской переправе через Днепр награждён орденом Красного Знамени.

В августе 1941 года ему доверено возглавить оперативную кавалерийскую группу 29 армии, сформированную из нескольких казачьих полков. Под командованием Л.М. Доватора крупное конное соединение впервые совершило рейд во вражеский тыл, нанося удары по коммуникациям, уничтожая штабы, транспорт, склады и живую силу гитлеровцев.

Внезапным мощным броском советские конники прорвали оборону немецко-фашистских войск на нескольких километрах по фронту. Появление кавалерийской части Красной Армии, углубившейся на 100 км в тыл врага, вызвало панику среди фашистов.

Две недели продолжался этот исключительно трудный рейд по бездорожным лесисто-болотистым районам Смоленщины. За это время доваторцы уничтожили свыше 2500 вражеских солдат и офицеров, 9 танков, более 200 машин, несколько военных складов. Были захвачены многочисленные трофеи, которые пошли на вооружение партизанских отрядов. Гитлеровское командование назначило за голову Доватора крупную денежную награду и создало специальные отряды для его поимки. Но кавалеристы Доватора были неуловимы».

Постановлением Совета Народных Комиссаров Союза ССР от 11 сентября 1941 года № 2057 полковнику Доватору Л.М. присвоено воинское звание "генерал-майор".

В сентябре - октябре 1941 года воины генерала Доватора участвовали в тяжёлых оборонительных боях на дальних подступах к Москве - на реке Меже, по реке Ламе (от Яропольца до Московского моря), геройски отбивая вражеские атаки.
С началом немецкой операции "Тайфун" по захвату Москвы конники Доватора оказались на острие танкового клина, направленного через Волоколамск и Клин к северной окраине столицы.
В тяжелейших боях на Волоколамском шоссе, действуя бок о бок с пехотинцами дивизии И. В.Панфилова и танкистами бригады Катукова, неся тяжелые потери от непрерывных танковых атак и бомбовых ударов, доваторцы стойко обороняли назначенный рубеж.

19 ноября совершили свой бессмертный подвиг 37 казаков 4-го эскадрона лейтенанта Красильникова из 37 Армавирского полка 50-й Кубанской дивизии в составе корпуса Доватора. Полк Ласовского дрался в полуокружении. 4-й эскадрон был на левом открытом фланге на участке Федюково, Шелудьково. Лейтенант Красильников был убит. Офицеров в эскадроне больше не было. Командование принял на себя младший политрук Михаил Ильенко. На рассвете эскадрон атаковала вражеская пехота с десятью танками. Уничтожив гранатами и бутылками с горючей смесью шесть танков, казаки отбили атаку. Через несколько часов немцы бросили в бой двадцать танков. На помощь поредевшим защитникам рубежа по просьбе Доватора генерал Катуков направил пять тридцатьчетверок во главе со старшим лейтенантом Бурдой. Потеряв семь танков, немцы снова отошли. Катуковцы вернулись на свой рубеж обороны. Отражая третью атаку, погибли все оставшиеся казаки эскадрона. Но танки к Москве на их участке не прошли.

50-я и 53-я казачьи дивизии группы Доватора в этих боях понесли тяжелые потери. Так в итоговом боевом донесении вечером 19 ноября командиры 50-й кубанской дивизии донесли генералу Доватору, что на рубеже обороны осталось 177 солдат, сержантов и офицеров, 9 пулеметов, 3 пушки. Это было все, что осталось от дивизии Плиева.

Генерал Доватор, без отдыха и покоя, постоянно бывал в действующих частях корпуса, поддерживая боевой дух конников, мужественно сражавшихся на подступах к Москве.

С 20 ноября 1941 года – кавгруппа реорганизована в 3-й кавалерийский корпус.

С 22 ноября в состав 3-го КК включена 20-я кавалерийская дивизия.

26 ноября 1941 года – 3-й кавкорпус за проявленную отвагу в боях с немецкими захватчиками, за стойкость, мужество и героизм личного состава СВГК преобразован во 2-й гвардейский кавалерийский корпус.

50-я КД стала именоваться 3-й гвардейской, 53-я КД – 4-й гвардейской кавалерийскими дивизиями.

11 декабря 1941 года 2-й гвардейский кавалерийский корпус генерал-майора Л.М. Доватора был переброшен в район Кубинки. Сто пятьдесят километров он шёл по тылам немецко-фашистских войск, преследуя их отступающие части, и 19 декабря вышел к реке Рузе.

Передовые части корпуса уже были в районе деревни Палашкино (Рузский район Московской области), где находились крупные силы гитлеровцев. Напротив деревни под крутым берегом реки Л.М. Доватор разместил походный штаб корпуса и, решив лично осмотреть перед атакой расположение обороны противника, поднялся на противоположный берег реки. Фашисты, заметив скопление людей, ударили из пулемёта. Генерал-майор Доватор был смертельно ранен. После гибели Доватора командиром корпуса был назначен генерал Плиев И.А. (с 17.12 1941 по 5.03.1942 г.)

Кавалерийские корпуса удачно использовались для совершения глубоких рейдов в тыл врага. Эти операции сопровождались трудностями в снабжении войск, не всегда дивизии получали боеприпасы, пополнение.

Исключительно беспримерным является также рейд 1-го гвардейского кавалерийского корпуса по командованием А.П. Белова по тылам противника. В своих мемуарах прославленный генерал-кавалерист писал: « Пять месяцев мы вели напряженные бои с регулярными войсками противника, нарушали его коммуникации, контролировали значительную территорию. Эти действия активизировали партизанское движение во многих районах Смоленщины.

В конце января в тыл противника ушло около семи тысяч гвардейцев-кавалеристов, а вернулось оттуда свыше десяти тысяч, не считая тех трех тысяч раненых, которые были эвакуированы на «Большую землю» самолетами. Кроме того, в фашистском тылу осталось не менее семи тысяч партизан в двух созданных нами партизанских дивизиях.

Люди, участвовавшие в рейде, воевали потом на различных фронтах, были свидетелями великих битв и славных побед. Но борьба в тылу врага занимает в нашей памяти особое место. Это было суровое испытание, и конногвардейцы с честью выдержали его».

В послесловии редактора отмечается:

«Рейд 1-го гвардейского кавалерийского корпуса в тыл 4-й полевой армии немцев характерен не только своей продолжительностью (более пяти месяцев), но и является единственным примером в минувшей войне, когда кадровому кавалерийскому соединению Красной Армии, действовавшему в тылу противника, подчинялись крупные части и соединения партизан и воздушно-десантных войск. Опыт руководства объединенными силами кадровых и партизанских соединений чрезвычайно важен и нуждается в специальном исследовании.

В невероятно трудных условиях, используя местные средства, захваченные у противника трофеи и технику, оставленную Красной Армией во время летних боев, труженики и энтузиасты своего дела, тыловики и командиры частей не только кормили личный состав, но и создавали артиллерийские и танковые подразделения, укомплектовывая их найденными в болотах и лесах и отремонтированными орудиями и танками.»

Группа генерала Белова длительное время сковывала крупные силы противника, что способствовало успешному выполнению войсками Западного фронта общей задачи по разгрому немецко-фашистских войск под Москвой. Приказ о выводе корпуса Белова за линию фронта был получен в начале июня 1942 года.

Артемов Семен Григорьевич участвовал в нескольких рейдах в глубокий тыл противника. Наибольшая результативность боевых действий кавалерийских подразделений обеспечивалась высокой мобильностью этого вида войск, внезапностью, способностью преследовать отступающего врага и добивать его. Но на первых этапах войны кавалерия использовалась без средств усиления и поддержки, что приводило к большим потерям в личном составе. После каждого рейда требовалось пополнение людьми и конским составом.

Ведение боевых действий в глубоком тылу требовало от личного состава особой психологической выдержки и физической выносливости. И, конечно, исключительные требования предъявляла обстановка к младшим офицерам, командирам взводов и эскадронов.

8-й гвардейский кавалерийский полк

Артемов Семен Григорьевич 25 июня 1942 года был переведен в 8-й гвардейский кавалерийский полк 2-й гвардейской кавалерийской дивизии командиром взвода. В начале июня полк вышел из глубокого рейда в составе 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, прославившегося дерзкими действиями в тылу врага под командованием Белова. В июле 1942 года в дивизии и полки 1-го гвардейского кавалерийского корпуса приходит новое пополнение командиров и рядового состава. Войска комплектуются вооружением и конским составом, готовятся к новым сражениям.

Любопытно отметить два письма, полученные от Семена Григорьевич родным, датированные 07.02.1942 года, 17.12.1942 года. Первое письмо было написано во время службы в 8-м кавалерийском полку в районе Пензы, а второе уже в 8-м гвардейском кавалерийском полку 2-й дивизии. В первом случае Семен Григорьевич, вероятно, находился на доформировании, а во втором - после жестоких сражений в составе Западного фронта.

«В период наступления на Сталинград немецкое командование предприняло еще одно крупное наступление в районе южнее Сухиничи и Кирова с целью ликвидации кировского выступа войск Западного фронта. Главный удар немцы наносили с направления реки Жиздра на Козельск – Калугу. На этом направлении стойко отражали наступление противника казаки 1-го гвардейского кавкорпуса генерал-лейтенанта В.К.Баранова.

На рассвете 10 августа 1942 г. танковые и механизированные дивизии противника прорвали фронт наших войск в стыке 16-й и 61-й армий в районе Туторовской, Крапивна и развивали наступление в северном направлении. Кавалеристы генерала В.К. Баранова приняли на себя удар частей 11-й, 7-й и 19-й немецких танковых дивизий. В августовских боях воины кавкорпуса дрались насмерть в боях с численно превосходящими силами танков и пехоты противника, поддерживаемых штурмовой авиацией.

Бои 1-го гвардейского кавкорпуса на реке Жиздра, когда корпус непрерывно отражал многочисленные атаки превосходящих сил противника, поддерживаемых авиацией, вошли в историю соединений кавкорпуса как образец стойкости, мужества, героизма и воинского мастерства воинов-кавалеристов, артиллеристов, минометчиков, связистов.

Геройски в этих боях сражались приданные кавкорпусу части и соединения. Их совместными усилиями враг здесь был остановлен».

В этом известном в истории Великой Отечественной войны сражении самое активное участие принимал Артемов С.Г., находясь на передовой в условиях непосредственного контакта с противником.

Вот как вспоминал о начале этой операции маршал Советского Союза И. Х. Баграмян: «Гитлеровское командование ... 11 августа ... предприняло мощный удар крупной группировкой по армиям левого крыла Западного фронта. Замысел врага при этом сводился к глубокому прорыву обороны наших 16-й и 61-й армий и развитию в дальнейшем успеха в направлении Сухиничей, чтобы выйти затем в район Юхнова и поставить этим под угрозу всё левое крыло Западного фронта. Для проведения этой операции, как выяснилось впоследствии, привлекалось около пятнадцати дивизий, в том числе пять танковых, имевших до 500 боевых машин. Широко использовались и авиация.

Внезапно враг прорвал оборону соседней с нами 61-й армии в её центре и продвинулся к северо-западу на 25 километров, выйдя к реке Жиздра на участке Восты, Бело-Камень... Одновременно другая группировка вражеских войск нанесла удар на участке нашей левофланговой 322-й стрелковой дивизии, оборонявшей рубеж по реке Рессета протяжением 17-18 километров, фронтом на запад... Враг, как видно, стремился в последующем выйти к реке Жиздра и сомкнуться со своей основной ударной группировкой...

Как только обозначились масштабы и возможные цели, преследуемые гитлеровским командованием, 10-му танковому корпусу генерала В. Г. Буркова было приказано совершить марш из района Сухиничей и сосредоточиться к утру 12 августа на северном берегу Жиздры за левым флангом армии, в готовности к нанесению контрудара в южном направлении, навстречу танковым дивизиям противника, прорвавшим оборону 61-й армии ».

Во второй половине дня авиация противника усилила непрерывные массированные удары по корпусу, а из резерва подошли танковая и пехотная дивизии, которые атаковали наступавшие части соединения. Генерал Бурков в 15 часов ввёл в бой 186-ю бригаду. Завязался упорный встречный бой. Но силы были неравны, и корпус, потеряв 35 танков, вынужден был перейти к обороне на рубеже Починок, Перестряж, имея в первом эшелоне все бригады. (ЦАМО, ф. 3410, оп. 1, д. 6, л. 6 - Прим.)

Далее:
«Ночью подошли части 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, подтянулись отставшие в пути танки 10-го корпуса. Утром 13 августа танкисты и кавалеристы возобновили контрудар: в центре действовали танковые бригады, а на флангах - 1-я и 2-я гвардейские кавалерийские. С подходом сильных резервов утром 14 августа гитлеровские войска при поддержке массированных ударов авиации возобновили наступление против 10-го танкового и 1-го гвардейского кавалерийского корпусов 16-й армии. Дым застлал небо. Пыль, поднятая танками, густой тучей повисла в воздухе, содрогавшемся от грохота орудий, гула моторов, лязга гусениц. Но никто из воинов корпуса не дрогнул.

Не сумев сбить фронтальной атакой 10-й танковый корпус, противник обрушил удар на соседние кавдивизии, не располагавшие необходимым количеством противотанковых средств. Не выдержав напора танковых клиньев врага, 1-я гвардейская кавалерийская дивизия оставила Перестряж и отошла в Волосово, а 2-я гвардейская дивизия не смогла удержать Дубну. Вследствие этого фланги танкового корпуса оказались открытыми. Сломив сопротивление кавалерийских соединений, гитлеровцы устремились к реке Жиздра, намереваясь с ходу захватить переправы через неё у населённых пунктов Восты и Дретово.

Но замысел противника был сорван.

В ходе августовских боёв был сорван план гитлеровского командования: нанести поражение войскам левого крыла Западного фронта. Враг был остановлен на рубеже реки Жиздра, три советские армии, перейдя в наступление, «нанесли ему ответный удар, после которого в значительной степени было восстановлено первоначальное положение наших войск».

В приказе войскам Западного фронта от 15 сентября 1942 г. отмечалось, что в боях гвардейские кавкорпуса показали стойкость, твердость, большую выдержку и мужество, нанося врагу больше потери.

«2-й гвардейский кавкорпус, – говорилось в приказе, – в боях уничтожил свыше 70 танков, 12 самолетов и свыше 4300 солдат и офицеров противника.

1-й гвардейский кавкорпус уничтожил 207 танков, 6 самолетов, около 11000 солдат и офицеров противника. В боях отличились 1-я и 2-я гвардейские кавдивизии 1-го гвардейского кавкорпуса, 4-я гвардейская кавдивизия 2-го гвардейского кавкорпуса. Из гвардейских кавполков особо выдающиеся боевые успехи показали 1-й, 7-й, 8-й гвардейские кавполки 1-го гвардейского кавкорпуса, 9-й, 11-й и 16-й гвардейские кавполки 2-го гвардейского кавкорпуса».( Г.Л. Воскобойников. Казачество и кавалерия в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 г.г.)

В приказе также отмечались недостатки в боевом использовании конницы: «командующие армиями в некоторых случаях использовали конницу вместо пехоты для выполнения чисто пехотных задач. Командующие 16-й и 20-й армиями раздергивали конницу по полкам, придавая кавполки в стрелковые дивизии. 8-й, 21-й гвардейские кавполки передавались командиру 32-й стрелковой дивизии 16-й армии, 13-й и 14-й гвардейские кавполки подчинялись командиру 8-го гвардейского стрелкового корпуса 20-й армии». Эти строки уточняют, что 8-й гвардейский кавалерийский полк сражался в указанный период в составе 32-й дивизии 16-й армии. 2-я гвардейская кавалерийская дивизия входила в состав 1- го гвардейского кавалерийского корпуса в августе - сентябре 1942 года вместе с двумя другими 1-й и 7-й кавалерийскими дивизиями.

Думаю, что будет уместно здесь назвать имена командиров корпуса и входящих в него дивизий:

- 1-й гвкк – генерал-майор Баранов Виктор Кириллович (10.07.1942 - 11.05.1945)

- 1-я гвкд – гвардии полковник Овар Юлиан Иванович (16.07.1942-30.11.1943)

- 2-я гвкд – гвардии полковник Синицкий Василий Гаврилович (01.07.1942 - 05.03.1943), пропал без вести 05.03.1943. в р-не ст. Синельниково.

- 7-я гвкд – гвардии генерал-майор Глинский Михаил Иванович (05.01.1942 - 21.03.1943)

В этот период боевых действий 1-й гвардейский кавалерийский корпус был трехдивизионным.

В этих жестоких боях принимал активное участие лейтенант Артемов, командир кавалерийского взвода 8-го гвардейского кавалерийского полка 2-й дивизии. Стоит еще раз задуматься о том, что командир взвода на войне был всегда впереди подразделения на самом переднем крае: в окопах, в атаке и обороне и был наиболее часто сменяемым командиром в связи с гибелью или ранением.

Операции «Звезда» и «Скачок»

В ноябре 1942 года в излучине Дона началось самое мощное с начала войны советское наступление, имевшее для Германии катастрофические последствия. При прорыве немецкого фронта северо-западнее и южнее Сталинграда были разгромлены две румынские армии, а 6-я немецкая армия окружена в Сталинграде. В итоге появились предпосылки для перехвата советским командованием стратегической инициативы. Тем временем советский Южный фронт сделал попытку отрезать немецкую группировку на Северном Кавказе. В январе 1943 года Воронежский и Юго-Западный фронты ударили в район севернее реки Северский Донец, сокрушив находившуюся здесь 2-ю венгерскую армию и итальянский альпийский корпус. Развивая успех, советские войска нанесли по немцам еще несколько ударов, основательно потрепав группу армий «Б». Не имея возможности одновременно парировать все эти мощные удары, Германия отдала инициативу Советскому Союзу, а сама занялась «латанием дыр».

В результате в январе 1943 года в районах между Славянском (немного восточнее слияния Северского Донца и Оскола) и севернее Курска в немецком фронте образовался разрыв протяженностью около 500 километров. Через эту брешь советские армии устремились на запад, с целью достичь Днепра в районе Днепропетровска. Важной составляющей этого намерения стала задача овладеть первой столицей Советской Украины — Харьковом. Соответствующий план был утвержден лично Сталиным 23 января 1943 года. Начало операции под кодовым наименованием «Звезда» намечалось на 1 февраля 1943 года. Для овладения районом Харькова выделялись 3-я танковая армия, 40-я и 69-я общевойсковые армии, плюс 6-й гвардейский кавалерийский корпус Воронежского фронта. Вдобавок наступающим армиям, в качестве усиления, были приданы отдельные соединения 60-й армии.

Из-за задержки с развертыванием сил начало советской операции «Звезда» задержалось на один день от запланированного срока (1 февраля).

14 февраля окружение Харькова было практически завершено. Группы советских танков прорвали оборонительные порядки с севера, северо-запада и юго-востока и вышли на окраины города. Путь снабжения Харьков – Полтава простреливала советская артиллерия.

В полдень 15 февраля советские войска снова пошли в атаку. Теперь в кольце вокруг города оставался только один небольшой проход на юго-востоке. Немецкие войска оставили позиции и стали пробиваться из города. К 12 часам 16 февраля Харьков был полностью очищен от врага.

После взятия советскими войсками Харькова Сталин санкционировал выполнение плана, предложенного командующим Юго-Западного фронта Ватутиным. Этот план, получивший название «Скачок» предусматривал прорыв к Днепру подвижных соединений и захват плацдарма на правом берегу Днепра до начала весенней распутицы. Для выполнения этой задачи предназначалась 6-я армия Харитонова, имевшая в своём составе, кроме пехоты, два танковых и один кавалерийский корпус. Южнее 6-й армии наступала на Донбасс группа Попова в составе 4-х танковых корпусов (полностью укомплектованный советский танковый корпус соответствовал, по количеству танков, немецкой танковой дивизии) в тыл оперативной группы «Холлидт» через Славянск в направлении на Азовское море.

19 февраля 25-й танковый корпус армии Харитонова захватил станцию Синельниково и находился в 60 км от Запорожья. Но последующие события развивались неудачно для советских войск.

В тот же день 19 февраля 1943 года Манштейн начал контрнаступление из района Днепропетровска и со стороны флангов наступавших советских группировок. Войска, прибывавшие с запада, использовались сразу после выгрузки из вагонов. С Таманского полуострова были переправлены самолётами 100 тысяч солдат (эти войска немецкое командование использовало на следующем этапе сражения). Это было последнее удачное немецкое наступление на Восточном фронте. К концу февраля советские войска потеряли, по немецким данным, 23 тысячи убитыми и 9 тысяч пленными. Потери в людях были относительно небольшими, по сравнению с крупными потерями в неудачных сражениях 1942 года. Объяснялось это тем, что Ватутин сумел быстро отвести войска за Северский Донец, на расстояние свыше 100 км, что позволило избежать окружения большого количества войск. Но при этом были потеряны сотни танков, и оказался открытым фланг соседнего, Воронежского фронта.

Этот фронт продолжал наступление до 4 марта, ставя свои войска во всё более опасное положение. Это было, безусловно, ошибкой командующего фронтом Голикова.

4 марта немецкие танковые соединения атаковали слабо защищенный фланг Воронежского фронта. Немцам вновь удалось добиться успеха. К 10 марта в советской обороне образовался 60-километровый разрыв. 14 марта немецкие войска окружили Харьков и через 2 дня взяли город. По советским данным, окруженным в Харькове дивизиям, удалось вырваться и отойти на левый берег Северского Донца.

Немцы продолжали наступление и 18 марта взяли Белгород, но спустя неделю были остановлены переброшенными в этот район свежими войсками двух советских армий. К этому времени началась весенняя распутица, попытки немецкого командования продолжать наступление не имели успеха. Советские войска закрепились, образовав южный фас так называемого Курского выступа.

Но вернемся к событиям последней декады февраля в районе станции Синельниково Днепропетровской области. Действуя согласованно, немецкие танковые войска и пехотные дивизии окружили 100-й и 102-й гвардейские стрелковые полки 35-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майора И.Я. Кулагина, части 41-й гвардейской стрелковой дивизии (все из состава 4-го гвардейского стрелкового корпуса) и сводную кавалерийскую дивизию полковника Г.К. Синицкого (из состава 1-го гвардейского кавалерийского корпуса). Последнюю советское командование недавно бросило в район Синельниково для усиления танковой группы генерал-лейтенанта Попова.

Взятие Павлограда и восстановление контроля над районом Синельниково имело важнейшее значение для всей операции Манштейна. 23 февраля положение немцев еще более упрочилось, когда 6-я танковая дивизия 48-го танкового корпуса вышла к Павлограду. «После этого, «острие исключительно опасного советского удара» в направлении на переправы через Днепр было обрублено: великолепно оснащенный советский 25-й танковый корпус — отсечен: «В результате сильных ударов с севера и юга двум немецким танковым корпусам к исходу дня 22 февраля удалось соединиться в районе Павлограда и окружить часть войск 6-й армии в районе Синельниково, Павлограда, Новомосковска». ( Из немецких источников). Часть советских войск была рассеяна и впоследствии пленена. В числе соединений, понесших большие потери в этих сражениях, значится и 1-й гвардейский кавалерийский корпус с тремя кавалерийскими дивизиями (1,2,7 кавдивизии).

В перечне войск, участвовавших в операции «Звезда» нет 1-го гвардейского кавалерийского корпуса. В документах по боевому составу Красной Армии на 01.02. 1943 г. корпус числится на Западном фронте в составе трех гвардейских кавалерийских дивизий: 1-й, 2-й и 7-й. А с 01.03. 1943 г. корпус в том же составе находится уже в распоряжении 6-й Армии. Конечно, такое перемещение было связано с быстрым изменением ситуации на Юго-Западном фронте под командованием Ватутина.

Предположительно корпус был передислоцирован в состав 6-й армии Юго-Западного фронта уже к 5 февраля 1943 года. Три дивизии корпуса использовались как высоко мобильные части. Причем в этих сражениях дивизии были усилены танковыми полками или бригадами.

Датой прибытия 8 –го гвардейского кавалерийского полка 2-й кавалерийской дивизии также можно считать 5 февраля 1943 года. С этого момента Артемов С.Г. оказался на Юго-Западном фронте.

Из воспоминаний артиллериста-фронтовика Олимпиева Всеволода Ивановича

Весеннее сражение за Харьков: «Солнечным утром 19-го марта остатки 1-го Кавкорпуса начали вытягиваться к мосту по длинному земляному пандусу. Неожиданно появилась большая группа пикирующих бомбардировщиков Ю-87 и, не встречая огневого противодействия, сбросила с одного захода весь бомбовый груз на мост и подходы к нему. Не имея возможности свернуть с узкой дороги, повозки, пушки, пулеметные тачанки, машины скатывались, переворачиваясь с крутых склонов насыпи. Почти одновременно с севера вдоль Донца, смяв слабое прикрытие, к мосту прорвались танки с десантом автоматчиков все той же дивизии СС «Мертвая голова». Прижатые к реке и дезорганизованные бомбежкой, наши части не смогли оказать серьезного сопротивления и хаотично пытались переправиться через реку кто по льду, кто по стропилам разрушенного моста».

Я привожу эти строки с одной целью: показать, как трагично порой складывается судьба простого солдата на войне, насколько она зависти от самого солдата и оставляет ли за ним право выбора кроме смерти.

О финале операции «Скачок»: Наши войска оказались примерно на тех же позициях, с которых начинали наступление. Но не надолго.

Плен

На сайте www.obd-memorial.ru удалось обнаружить несколько ценных документов, ранее недоступных, так как помечены они грифом «секретно». Документы проясняют дальнейшую судьбу Семена Григорьевича. Очень небольшая часть подобных документов о военнопленных оказалась в архивах министерства обороны. Но нам повезло. Мы можем читать фотокопию карточки учета военнопленного.

В карточке учета военнопленного, заполненного немецким писарем, указано:

Фамилия: Артемов

Имя: Семен

Отчество: Григорьевич

Дата рождения: 1913

Место рождения: Куйбышевская область, г. Куйбышев

Последнее место службы: 8 КП (кавалерийский полк)

Воинское звание: лейтенант

Дата пленения: 27.02.1943

Место пленения: Егоровка

Лагерь: Шталаг V A

Лагерный номер: 35456

Судьба: попал в плен

Доставлен в лагерь: 18.06.1943

Переведен: из лагеря VA в лагерь IXB 12.07.1944( Von Stalag VA versetzt nach Stalag IXB)

27 февраля 1943 года в районе села Егоровка Артемов Семен Григорьевич, находясь в окружении, был пленен немецкими войсками.

Командир 2-й гвардейской кавалерийской дивизии полковник Синицкий Василий Гаврилович считался, по первичным данным, также пропавшим без вести с 27 февраля 1943 года в районе станции Синельниково. Позже дата была уточнена в связи с появлением дополнительных свидетельств: 5 марта 1943 года. В официальных документах числится командиром дивизии до 6.04.1943 года. О дальнейшей судьбе командира неизвестно. Но мы помним, что он командовал в конце февраля- начале марта 1943 года сводной кавалерийской группой , будучи командиром 2-й гвардейской кавалерийской дивизии.

Что касается села Егоровка, места пленения Артемова С.Г., установить точно район и область местоположения не удалось. На территории Украины находится 13 селений с таким названием. Отсеяв из списка 11 сел, наиболее вероятными, я посчитал села Егоровка Донецкой области, Волновахского района и Егоровка Запорожской области Ореховского района. Территория с таким радиусом рассеяния войск в окружении вполне может включить в себя оба указанных села.

На родину ушла «похоронка». В соответствующем приказе Главного управления кадров от 11 июня 1843 года № 0265, пог.(погибшие-авт) записано: Лейтенант Артемов Семен Григорьевич- 8 гвардейский Краснознаменный кавалерийский полк, 2 гвардейской Краснознаменной кавалерийской дивизии, рождения 1913 г., член ВЛКСМ. Погиб 27.02.43 г. жена Попова Вера Семеновна проживает в Богатовском районе.

Указанный приказ будет отменен 24 ноября 1945 года приказом Главного управления кадров НКО №3277.

«Статью 17 приказа ГУК НКО №0265 43 года в отношении лейтенанта Артемова Семена Григорьевича, исключенного из списков Красной Армии, как погибшего – отменить.

Находился в плену фашистской Германии с 27.2.1943 года по 27. 05.1945 года. Репатриирован и находится в 1-й запасной стрелковой дивизии».

Через 3,5 месяца Артемов, после прохождения нескольких пересыльных лагерей, 13.06. 1943 года был доставлен в лагерь Stalag VA. Лагерь был расположен в V –м военном округе Германии в Людвигсбурге. Людвигсбург — город в Германии, районный центр, расположен в земле Баден-Вюртемберг. Подчинён административному округу Штутгарт. Входит в состав района Людвигсбург. Город расположен на юго-западе страны, недалеко от французской границы.

В 1935 году в Людвигсбурге, на южной окраине, были построены 17 казарм и несколько конюшен. Здесь дислоцировалась воинская часть Вермахта. В 1939 году территория была приспособлена для лагеря польских военнопленных. В 1940 году здесь появились бельгийские, французские, голландские военнопленные, позже – английские. В 1941-1942 годах в лагере появились советские военнопленные в большом количестве. Содержали их отдельно от других военнопленных, условия содержания были более жестокими. Тысячи советских военнопленных умерло от голода и болезней. Часть пленных из числа рядовых и младших офицеров была направлена в трудовые лагеря для работы на фабриках и заводах, фермах. Пленные также ремонтировали автомобильные и железные дороги. Режим работы был изнурительным, многие умирали от физических перегрузок.

Попытки побегов в основном из рабочих команд (Arbeitkommandos) были единичными и жестоко пресекались.

Территория лагеря систематически подвергалась бомбардировке английской, позже и американской авиацией. Вот об одном из узников этого лагеря:

«Тищенко Алексей Тимофеевич, 1919 года рождения, фельдшер по образованию, лагерный номер 43201 погиб в плену. В карточке записано: «Убит при налете на Штутгарт». Таких было тысячи».

На внешней стороне стен казарм и крышах крупными буквами были сделаны надписи «Военнопленные», нарисованы большие красные кресты. Но эти меры лишь провоцировали пилотов на нанесение бомбовых ударов и обстрела. Результат был совершенно противоположным.

Лагерь был огорожен двойной параллельной загородкой, между ними была разбросана путанная колючая проволока (Спираль Бруно).

Сказанное выше подтверждается в материалах о судьбе Элдона Бертиом, американского солдата, узника Шталаг VA.

Он вспоминал, что пленных кормили обычно «зеленым супом» из шпината и маленьких кусочков сала. Еды всегда не хватало, поедали гнилые овощи и даже насекомых (улитки). Над лагерем часто наблюдали бои между мессершмиттами и американскими истребителями (с 1944 года).

12 июля 1944 года Артемов С.Г. был переведен в лагерь Stalag IXB.

Этот лагерь также известный как Bad Orb на Wegschtide в округе Гессен имел репутацию одного из самых страшных лагерей для военнопленных в Германии. Побеги из лагеря были исключительно единичными.

Лагерь был создан в 1939 году, первоначально здесь размещались польские военнопленные. Работали в соляных шахтах. Затем в лагере появились французы-1940 год, позже югославы, в основном сербы- 1941 год. В 1942 и 1943 годах прибыло большое количество советских военнопленных. В конце декабря появились американцы. Количество военнопленных значительно превышало вместимость лагеря, условия содержания были тяжелыми.

Освобождение

В начале апреля 1945 года лагерь был освобожден американской 44-й стрелковой дивизией. Как отмечено выше, последним днем пребывания Семена Григорьевича в плену считается 27 мая 1945 года в соответствии с Приказом ГУК НКО СССР №03277 от 24 ноября 1945 года. Часть этого промежутка времени с начала апреля 1945 года ( освобождение американцами) он находился в американском лагере для бывших военнопленных, далее в составе группы передан советской стороне, вошел в состав спецконтингента и, надо полагать, был направлен в первую стрелковую запасную дивизию как репатриированный из американской зоны в Германии.

Обратим внимание на следующий документ:

«Ф. Р-9408 , 1 оп. , 58 ед. хр. , 1941 - 1946

Отдел спецлагерей НКВД СССР был создан 28 августа 1944 г. 20 февраля 1945 г. получил название Отдела проверочно-фильтрационных лагерей НКВД СССР. В его обязанности входило содержание и обеспечение проверки и фильтрации спецконтингента, составлявшего две категории: 1) все военнопленные Красной Армии, находившиеся в плену или окружении противника; 2) все невоеннослужащие, проживавшие на оккупированной территории и работавшие при немцах в качестве сельских старост, рядовых полицейских и т.д»

Таким образом, Семен Григорьевич прошел фильтрацию и был отнесен к первой категории репатриированных.

В военном билете указана уже третья дата пребывания в плену : до 25.07.45. Далее следует приказ от 25.07.1945 года о назначении Артемова С.Г. офицером резерва в 7-й запасной стрелковый полк. С этой даты Семен Григорьевич вновь встал в строй и самое поразительное, он не был лишен офицерского звания!

Но большего уважения вызывает запись, сделанная в партийных документах, со слов самого Семена Григорьевича. В этой записи нет ни одного лишнего слова и знака:

«Германия, лагерь военнопленных, с 27 февраля 1943 г по апрель 1945 года». Семен Григорьевич не взял на себя ни одного лишнего дня пребывания в плену, и он имел право на такой поступок.

Между тем, каждое ведомство назначало ему свои сроки, видимо, проще было манипулировать этой датой. Фактом является и то, что в соответствии с инструкциями, воины из числа бывших военнопленных, находясь в штрафных подразделениях и участвуя в сражениях, продолжали числиться в плену. Артемову Семену Григорьевичу этот срок был продлен почти на 4 месяца.

Офицером резерва он остается до 07 декабря 1945 года. Следующим приказом лейтенант Артемов назначается экономистом-контролером плановой части 8-го отделения Уральского строительства МВД.

Приведу интересный перечень документов НКВД, хранящихся в архивах. Даже по их названиям можно сделать серьезные выводы:

«Приказы, циркуляры и инструкции НКВД СССР и НКГБ СССР по вопросам работы со спецпереселенцами и репатриантами и деятельности специальных и проверочно-фильтрационных лагерей (1941 - 1946). Циркуляры Управления НКВД СССР по делам о военнопленных и интернированных о материальном обеспечении лагерей, о порядке перечисления заработной платы спецконтингентам и их использованию в промышленности (1944). Приказания, циркуляры и инструкции Отдела по вопросам организации спецлагерей, содержания и трудового использования спецконтингентов (1944 - 1945).

Докладные записки и справки Отдела о дислокации проверочно-фильтрационных лагерей и сборно-пересыльных пунктов, о численности и составе спецконтингентов по лагерям (1945 - 1946). Переписка с НКВД СССР, Штабом Главного управления тыла Красной Армии и другими учреждениями о репатриации советских военнопленных, учете и распределении репатриированных граждан (1944 - 1945). Документы о передаче спецконтингентов из проверочно-фильтрационных лагерей в постоянные кадры промышленности: отчеты, справки, книги учета (1944 - 1945)».

Обратим внимание на последние строки…

НКВД. МВД вели большую работу по специальному строительству оборонного характера и, конечно, на стройки требовались кадры, в том числе и высокой квалификации. Одних только предприятий, нацеленных на реализацию программы создания атомной бомбы, было сотни и многие из них строились в спешном порядке за Уралом и далеко за Уралом.

Артемов Семен Григорьевич не был кадровым офицером, принадлежал к старшему призывному возрасту и подлежал демобилизации еще в октябре 1945 года.

Но домой он вернулся только в марте 1947 года.

В подтверждение многому тому, что написано в завершающей части повествования приведу небольшой отрывок из сохранившейся записки воина со схожей судьбой:

«Прадед пишет, что 25 апреля 1945 года Айхштадт был занят американскими войсками, и лагерь военнопленных был освобожден. Но бывшие пленные оставались в лагерях для репатриантов до особого распоряжения, хотя их переводили с одного места на другое. 1 июня 1945 года – в город Баутцен, где прадед был передан советским частям. Далее он прибыл в лагерь на станцию Опухлики и, после проверки, был назначен в 10-й запасной полк (6 октября 1945года), а 4 ноября 1945 года – в 7-й запасной полк (I Горьковской запасной дивизии) в звании старшего лейтенанта». Обратите внимание, полк тот же 7-й!

С марта 1947года в течение многих лет Артемов С.Г. работал учителем географии в Максимовской средней школе, в 1960 году его назначили заместителем директора, затем он 12 лет возглавлял школу до выхода на заслуженный отдых.

В.Ф. Артюков, директор МОУ Богатовской СОШ